НОВЫЙ ПАКЕТ САНКЦИЙ США

5 Августа 2017

Президент США Дональд Трамп в среду подписал закон, который предусматривает дополнительные санкции в отношении России, Ирана и КНДР, а также фактически лишает президента возможности самостоятельно отменять антироссийские санкции. Теперь президенту США придется уведомлять Конгресс о намерении снять санкции с России, а у Конгресса будет 30 дней, чтобы блокировать такие изменения.

Закон предусматривает кодификацию уже действующих против России ограничений. Будут ограничены возможности американских компаний участвовать в совместных энергетических проектах, в которых доля российских партнеров превышает 33% (ранее действовало ограничение в 50%). Кроме того, Вашингтон будет выступать против газопровода "Северный поток 2", так как он "оказывает вредное воздействие на энергетическую безопасность Европейского союза, развитие газового рынка в Центральной и Восточной Европе и реформы Украины в сфере энергетики". При этом в законе говорится, что санкции не должны затрагивать сотрудничество США и России в космической сфере.

Сразу после этого международное рейтинговое агентство S&P Global Ratings сообщило, что новые санкции США не оказали непосредственного влияния на суверенные рейтинги России. По словам экспертов агентства, рейтинги РФ по-прежнему поддерживаются сильным внешнеторговым балансом и бюджетными показателями страны. Однако негативное влияние на рейтинги России оказывает зависимость экономики от экспорта нефти и газа, а также слабая институциональная и регуляторная среда.

Новый закон

"Первая часть изменений направлена на то, чтобы придать силу закона уже действующим санкциям, установленным подзаконными актами. Фактически это делает невозможным отмену действующих санкций без одобрения Сената; устанавливается усложненный порядок отмены или предоставления временных исключений по действующим санкциям через специальную процедуру в Конгрессе США", - пояснил "Интерфаксу" партнер юридической фирмы MANSORS Роман Зыков.

"Прежде всего, это документ внутреннего пользования. В общественном мнении США реноме России сейчас хуже, чем у Северной Кореи, и один только факт встречи сына Трампа с кем-то из России звучит уже как обвинение. Теперь санкции будут существовать в виде закона, и президент не сможет самостоятельно вводить или отменять их, для этого ему нужно будет получать согласие Конгресса. Таким образом Конгресс демонстрирует президенту, кто здесь главный, и одновременно подстраховывается от обвинений в пророссийских настроениях, если Трамп решит ослабить санкции", - обращает внимание партнер Dentons Артем Жаворонков.

Сам по себе закон не налагает санкции в отношении каких-либо лиц, он устанавливает дополнительные основания наложения санкций и ограничений, а также возлагает на исполнительную власть обязанность по определению соответствующих лиц, говорит старший юрист АБ "Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры" Евгений Гурченко. Он считает, что компании сохранят уже принятый подход к оценке рисков, так как в законе нет принципиальных изменений механизма действия санкций.

"Субъектный состав нового санкционного акта достаточно широк и, вероятно, охватывает большинство крупных европейских партнеров российских зарубежных проектов. Принятие повлечет встречную реакцию со стороны европейских государств, в том числе, возможно через систему разрешения споров в рамках ВТО", - указывает Роман Зыков.

Барьеры и ограничения

Вторая часть акта ужесточает ряд действующих секторальных санкций, в частности, уменьшает сроки по кредитам, расширяет санкций по группам товаров и географии проектов, связанных с разработкой арктического шельфа, технологией разрыва пласта и глубоководной добычи нефти и газа, указывает Зыков. "Предполагается, что секторальные санкции будут распространены на российские энергетические проекты, реализуемые за пределами РФ, в том числе с участием так называемых "американских лиц". При этом термин "американское лицо" включает в себя и иностранные компании, имеющие представительства на территории США, что ставит под удар европейских участников российских энергетических проектов", - поясняет Роман Зыков.

Вводить ли новые санкции, будет решать Трамп, а он славится своей непредсказуемостью, это значительно увеличивает нервозность участников рынка и увеличивает риски особенно в отношении "Северного потока 2" и отчасти "Южного потока", говорит Жаворонков. "В России индустрия, связанная с инфраструктурными проектами, очень сильно взаимно интегрирована с зарубежными партнерами, Германией, Италией и т.д. У нас нет технологий и материалов, а значит, нет возможности построить трубопровод исключительно за счет собственных ресурсов, нам нужны сервисные компании, у которых эти технологии прокладки газопровода есть. А эти компании, наши подрядчики и субподрядчики сейчас очень сильно боятся подпасть под действие санкций, учитывая экстерриториальность этого закона", - отмечает он. Кроме того, расширяется список индустрий, которые подпадают под санкции: железная дорога, горнорудная промышленность, металлургия.

Введение новых санкции приведет к повышению барьеров и издержек компаний, говорят юристы. "Кроме прямо запрещенных сделок, есть много смежных сделок, которые находятся в т.н. "серой" зоне. В частности, деньги, выданные по кредиту, или оборудование, предоставленное одной компании, могут оказаться в итоге у компании из санкционного списка. Как показал случай с турбинами Siemens, западные компании не могут полностью полагаться на заверения российских покупателей о соблюдении санкционного режима, и у западных контрагентов может не быть никакой гарантии, что их за это не накажут"- говорит партнер адвокатского бюро Nektorov, Saveliev & Partners Марат Давлетбаев.

"Под риск может попасть прямое или косвенное сотрудничество с российскими или связанными с ними компаниями в добывающей отрасли, в рамках крупных проектов строительства газопроводов, сделок в энергетической отрасли. Эти меры также накладывают значительные ограничения на формирование условий договоров, в частности, в рамках предоставления финансирования", - указывает Гурченко. "Особую сложность для комплаенса представляет стандартная для подобных нормативных актов размытость формулировок, в результате чего невозможно четко провести границу между тем, какие именно действия подпадают под санкции, а какие нет. Часто это склоняет компании к принятию заведомо крайне осторожного и консервативного подхода к оценке возможных проектов", - заключает он.

Скорее всего, за этим последуют новые санкции со стороны Европейского союза и других союзников США. "В любом случае, с учетом тесных экономических связей между США и ЕС, эти санкции работают синхронно. Поэтому службы комплаенса в США, ЕС, Японии или Канаде, оценивая эти риски, срезают целый пласт подобных "токсичных" сделок, чтобы не подвергать свои компании неоправданному риску", - поясняет Давлетбаев. По его словам, речь может идти как о временных издержках, связанных с проверкой каждой новой сделки (а возможно и получением соответствующих "рулингов" или лицензий от OFAC, разрешающих конкретную сделку), так и о премии за риск. "Опасность получить штраф отражается как на ставках кредитов, так и на цене поставляемых товаров и технологий. Снижение конкуренции со стороны американских и европейских компаний в любом случае может и, скорее всего, продолжит толкать цены и ставки вверх", - отмечает он.

Игра по старым правилам

Юристы, опрошенные "Интерфаксом", оценивают эту новость умеренно негативно.

"Конечно, это негативная новость. Но в отличие от Северной Кореи, с которой запрещены любые действия, санкции в отношении России остаются точечными. Например, ограничения финансирования есть (с 30 до 14 дней для банков и с 90 до 60 дней по энергетическим проектам), но они несущественны, потому что рынок уже привык к действующим сокращениям, и разница между четырьмя или двумя неделями не столь существенна", - считает Жаворонков.

Новый санкционный пакет не повлечет серьезных изменений в уже существующих системах комплаенса в компаниях, работающих на территории РФ, хотя и вызовет необходимость подробного анализа совместных зарубежных проектов как со стороны российских компаний, так и их иностранных партнеров, согласен Роман Зыков. По его словам, речь может идти не только о проектах в области добычи и транспортировки углеводородов, но и о сопутствующих сервисных, портовых, судостроительных и судоремонтных проектах за пределами РФ, так или иначе связанных с ними.

Interfax